ГАСО. Ф.24 Оп.1 Д.23.
(набор текста: Хахилев Юрий).
По объявленным в Кунгурской горного дела в канцелярии скаскам работают на своих заводах, под молотом уклад, кунгурец посадской Гаврило Соковнин, в Кунгурском уезде на речке Мече, да посадской же Козьма Сычёв строит вновь завод на речке Истякаевке.
Кунгурского уезду крестьяне, которые копают железную руду, плавят железо ручною работою.
Деревни Советной: Филип да Федор Никитины, Флор Болдырев, Михайло Ермолин, Матвей Жёлтышев, Константин Петров, Родион Кожевников, Устин Ильин, Григорей Ядришников, Флор Звирев, Семён Корлыханов, Захар Медведев, Никита Третьяков, Парфён Ветчанов, Михайло Кузнецов, Фёдор Ветчанов, Иван Кабукин, Софрон Токарев, Григорей Токарев, Ефим Воробьёв, Патрак Воробьёв, Козьма Воробьёв, Прокопей Поспелов, Леонтей Токарев, Наум Петров, Осип Шадрин, Иван Моисеев, Кирило Долганов, Дементей Токарев, Иван Вдовин, Фёдор Желтышев, Матвей Третьяков, Овдий Семионов, Иван Токарев, Тимофей Токарев, Козьма Паначев, Селивёрст Елфимов, Прохор Столбов, Иван Кузнецов, Прокопей Кузнецов, Тимофей Озернов, Иван Желтышев, Максим Заберихин, Степан Козионов, Григорей Казанцов, Василей Галанцов, Терентей Брылунов, Фёдор Устюгов, Иван Жуков.
Деревни Опалихины: Никита Связев, Харлам Понамарев, Сава да Артамон Крестовских, Трофим Хлызов, Прокопей Павлов, Тихон Рогожников, Кондратей Пономарев, Иван Матвиев, Степан Дьяков, Агафон Бабарыкин, Семён Вожаев, Назар Миронов, Лазарь Пучкин, Митрофан Матвиев, Мосей Похлебухин, Федот Митухляев, Василей Шаров, Михий Коротаев, Логин Хлызов, Никифер Петухов, Филип Крестовских, Родион Пономарев, Степан Морозов, Кондратей Ведров, Иван Савин, Никита Петухов, Никита Ведров, Сава Вахрушев, Василей Головушкин, Кирило Петухов.
Села Веденского (Верх-Суксун): Андрей Уфимцов, Леонтей Кузьмин, Малафей Паначев, Андрей Медведев, Анофрей Похлебухин, Агапий Максимов, Семен Смольников, Евдоким Мошкин, Тимофей Посохин, Логин Калыпин, Кирило Чаплин, Родион Калыпин, Трофим Морозов, Михайло Салагузов, Федор Нецветаев, Кирило Пучкин, Фома Посохин, Иван Муравьев, Козьма Захаров, Нестер Патраков, Иван Намитов, Петр Салдаткин.
Деревни Куликовой: Иван Незговоров, Григорей Решетников, Ефим Севастьянов, Сидор Никитин, Семен Вареной, Игнатей Никитин.
Деревни Кошелевой: Евсий Малакотин, Григорей Козьмин, Леонтей Зотин, Михайло Попов.
Деревни Подъельничной: Конан Пермяков, Терентей Новожилов, Флор Чарынцев, Сергей Кожевников, Михей Мазеин, Михайло Кожевников.
Деревни Усть-Суксуну: Леонтей Лыбин.
Деревни Сасыковы: Андрей Вотолин, Карп Коротаев, Кирило Белой, Андрей Пакулев.
Деревни Киселевы: Гаврило Киселев, Перфилей Каравашков, Тарас Киселев, Фока Бунаков, Петр Медведев, Флор Бунаков, Степан Дьяков, Константин Ныробец
Советяне металлурги:
Обнаружение железной руды в Советенской горе, скорей всего связано с фамилией Токарев, потому что, в архивных документах, очень часто, рядом с этой фамилией пишут – рудознатец. А процесс получения железа из руды могли знать выходцы из г. Устюжны. Есть свидетельства, что уже в последнй четверти XVII века, советяне и жители окрестных деревень копали руду, плавили её, в рудоплавке на Вышенской горе, в печах и ковали в кузницах, выбивая шлак, получали железо, которым обеспечивали себя и окрестности. В.Б.
«И по всей Советенской горе, сначала работу производили, постоянно плавили руду в мелоченых печках, и ковали железо, за ето и платили казенной денежной оброк. С того времени, как начали работать на Демидова, с крестьян оброк был сложен». В. Шишонко. Пермская Летопись.
«Первобытные металлурги все стадии производства выполняли собственными силами. Одни и те же мастера были рудокопами, угольщиками, плавильщиками и кузнецами. Еще зимой они наломали в горах железную руду, оставили ее там на несколько месяцев в небольших кучах, чтобы из нее выветрились вредные примеси, а затем перевозили в рудоплавку. Сюда же подвезли заготовленный березовый уголь. На кострах обожгли руду, она стала рыхлее. Теперь ее легче было дробить каменными пестами на больших каменных плитах. Пока одни мастера измельчали руду до размера ореха, другие складывали из каменных глыб и глины сыродутный горн в виде усеченного полого внутри конуса. Наверху оставили большое отверстие, внизу, почти у самой земли, в стенке горна сделали второе отверстие. Через несколько дней, когда горн подсох, приступили к самой плавке. Через нижнее отверстие положили в горн дров и разожгли их. Когда дрова прогорели и накалили печь, в нижнее отверстие вложили глиняную трубочку, так что один ее конец выходил к полу сооружения, а другой оставался снаружи. Все остальное отверстие замазали наглухо глиной. Затем заполнили горн рудой и углем доверху, а в глиняную трубочку нижнего отверстия вставили кузнечные меха и стали раздувать ими уголь. По мере того, как уголь, сгорая, оседал, горн попеременно наполняли сверху то слоем угля, то слоем руды. В жидком виде железо не могло получиться в первобытных сыродутных горнах, для этого нужна температура свыше 1500 градусов, а в сыродутном горне поднять такую температуру невозможно. Восстановление железа происходит при более низкой температуре. Достаточно 900 градусов, чтобы из железной руды начали восстанавливаться частички металла. Эти частички скопляются на дне горна вместе с жидкими посторонними примесями, которые, как более легкие, остаются поверх железа. Поэтому время от времени в нижней части сыродутного горна проламывали отверстие и через него выпускали шлак наружу. Наконец засыпали последний раз уголь и руду. Когда все прогорело, плавка была закончена. Чтобы достать выплавленное железо, сыродутный горн разломали. (Для следующей плавки мастера будут делать новое сооружение). На дне под остатками шлака оказался комок губчатого железа, так называемая крица. Это железо еще не годно для производства изделий. В нем много посторонних примесей. Теперь крицу нужно долго и тщательно проковывать, разогревая на обычном кузнечном горне. Проковкой из крицы выжимались остатки шлаков. В окончательно готовых крицах, выплавленных в сыродутном горне, чистое железо составляло до 90 процентов. В виде криц запас железа хранился в кузницах, крицами оно шло и на обмен».
Муравьева Л.Д. Деревенская промышленность Центральной России в 17 веке:
«Материалы конца 16 века отмечают добывание и обработку железных руд в бассейне притока реки Костромы Андомы, в сельцах Сухоруково, Кишино, Богородицкое, у крестьян имелись «дутые горны». Об этом сохранилось следующее свидетельство: «В Костромском уезде деревенские кузнецы плавят сами для себя железо из болотных и гнездовых руд». На севере уезда по течению рек Тебза и Векса, в некоторых деревнях и починках волости Железный Борок, принадлежащьей Железноборовскому монастырю, располагались крестьянские кузницы и домницы. Железный промысел также существовал в деревне Лукино Мерского стана, деревни Чулково (село Юрьевское) Осецкого стана. Крестьяне села Дмитриевское выполняли кузнечные работы на отходе в Патриаршем казенном приказе.
На запад от Костромы в Мерском стане, в междуречье Касти и Соти, располагалось патриаршее село Вятское, которое удовлетворяло широкий спрос на железные изделия местных производителей. Вятские ремесленники были искусными специалистами по выделке ножей, к их услугам часто прибегал Патриарший Казенный приказ: «оне делали на патриаршем дворе для церковного дворового строения всякое кузнечное дело». Крестьяне села Вятское делали разное кузнечное дело и продавали изделия, постоянно проживая в Москве: «безоброчно Сенька Алексеев торгует на Москве ножами», «Андрюшка Гаврилов делает стремена», а «Ивашко Арефьев делает кузнечное дело за Тверския ворота». В селе Вятском были также специалисты каменных дел».
«Когда крестьянин деревни Советной Иван Немтиных решил «промышлять руду», то потребовалась поступная запись от кунгурца, посадского человека, Никифора Посохина, чтоб он припустил промышлять в оброке в Кунгурском уезде железную руду».
«В 1703г. четверо крестьян дер. Советной были отпущены до Казани с 164 пуд. железа своей плавки: Андрей Конюхов 49 пуд. Никон Фирсовых 45 пуд. и Фрол Ядришников 35 пуд. У каждого из них имелась казанская таможенная выпись, что свидетельствовало об их поездках в Казань и ранее».
«Посадский житель Василий Племиных и крестьянин дер. Советной Петр Касьянов, одолжили в 1707г. у приказчика Саввы Кузнецова 15 рублей, за эти деньги они обязались сковать из своего железа «полтораста полиц цыренных» и поставить к сроку». «Крестьянин дер. Советной Иван Немтиных повез 150 пуд. обжатого железа в Казанский уезд, в т. ч. 120 пуд. своей плавки». В. Шишонко. Пермская Летопись.
Торговлю железом контролировали Кунгурские перекупщики, которые платили оброк с железной руды, до 4 рублей в год.
В. де Геннин объявил войну мелкой металлургии Кунгурского уезда и в 1722г. наложил на нее запрет, мотивируя, большим расходом руды и лесов. В.Б.
Комментариев нет:
Отправить комментарий